«ПРЕЗИРАЯ СМЕРТЬ, ШЁЛ ВПЕРЕДИ»

«Буду беспощадно разить фашистскую гадину до полного истребления» – эти слова молодой боец Жумабай Умурзаков написал 13 мая 1943 года, сражаясь на фронте.

Жумабай родился 8 октября 1924 года в селе Аксу-Аюлы Шетского района Карагандинской области. Родители – из крестьян-бедняков, отец Умурзак Болсымбеков занимался крестьянством, был пастухом у бая, а в 1935 году вступил в колхоз «Карасаз» Акшокинского сельсовета Шетского района. Мать рано ушла из жизни. По окончании школы Жумабай работал бюджетным инспектором в Шетском райфинотделе. Как он указал, помимо родного языка свободно владел и русским. Об этом свидетельствует удивительная (и даже поэтичная) фраза в автобиографии 19-летнего паренька: «Вот и все жизни моей вехи». 24 августа 1942 года поступил в Алма-Атинское военное пехотное училище, где «показал себя примерным курсантом» и 29 февраля 1943 года окончил ускоренный курс, получив звание сержанта.

Боевой путь Жумабая начался 1 марта 1943 года в составе 7-го стрелкового полка 24-й стрелковой дивизии Юго-Западного фронта. Был наводчиком станкового пулемёта, затем – командиром расчёта пулемётной роты стрелкового батальона. 18 мая 1943 года принят кандидатом в члены ВКП(б). Из боевой характеристики: «…Дисциплинированный, исполнительный, примерный боец для остальных бойцов. Политагитатор взвода. Имеет две благодарности». 10 сентября 1943 года награждён медалью «За отвагу» за то, что стойко держался у своего пулемёта, уничтожил до 20 солдат и, будучи раненым, не ушёл с поля боя. 9 октября 1943 года Жумабай подаёт заявление о переводе в члены партии. Из рекомендации боевого товарища: «Находясь в бою, тов. Умурзаков, презирая смерть, шёл впереди, увлекая за собой других». 29 октября принят в члены ВКП(б). Из боевой характеристики: «…Требователен к себе и к своим подчинённым… Пользуется авторитетом в среде всего личного состава… За хорошие успехи в тактической учёбе получил благодарность от командира дивизии – генерал-майора Прохорова. …С первых дней наступления… показал себя мужественным и храбрым командиром».

В декабре 1943 года Умурзакова направили на учёбу в Троицкую военно-авиационную школу механиков. По окончании – в 306-ю штурмовую авиадивизию, куда он прибыл в мае 1944 года в звании старшего сержанта и был зачислен в 951-й штурмовой авиаполк на должность воздушного стрелка.

В октябре 1944 года авиадивизия входила в состав 10-го штурмового авиакорпуса 17-й воздушной армии 3-го Украинского фронта и вела тяжёлые бои по освобождению Югославии. 29 октября уничтожали технику и живую силу противника, а также железнодорожные эшелоны на станциях Заблаче, Самаила, Чачак, Кралево и на перегоне Заблаче — Самаила. Дивизия произвела 55 самолётовылетов, налёт составил 71 час 51 минуту. «…Уничтожено: 9 автомашин, 7 орудий ПА [противотанковой артиллерии], 3 орудия ЗА [зенитной артиллерии] и до взвода пехоты противника. Разбито 9 ж.д. вагонов… Подожжены 2 ж.д. цистерны и разбит 1 паровоз на перегоне ЗАБЛАЧЕ — САМАИЛА. Подавлен огонь до 4 батарей ПА и 1 батареи ЗА. Вызвано 5 очагов пожара на ст. ЧАЧАК и КРАЛЕВО… Экипажи обстреляны огнём ЗА и МЗА [малой зенитной артиллерии] до 16 батарей. С боевого задания не вернулся 1 самолёт 951 шап – экипаж мл. лейтенанта БАБОШИНА, в/стрелок ст. сержант УМУРЗАКОВ. По докладам экипажей, после обстрела МЗА в районе цели отстал от группы и пошёл на посадку…» «Результаты посадки неизвестны ввиду того, что данная деревня закрыта разорванной облачностью».

В фондах Центрального архива Министерства обороны РФ имеется акт расследования причин лётной боевой потери, из которого следует: «…В районе деревни МОЙСИНЕ самолёт скрылся в облачность нижнего яруса… За отставшим самолётом мл. л-та БАБОШИНА было приказано наблюдать ведущему 2-й пары лейтенанту КОЗЛОВУ, который вёл наблюдение до скрытия самолёта. Дальнейшее наблюдение вести не мог из-за низкой облачности в горах». Дивизионное донесение о потере матчасти и экипажей сообщает: «…Не вернувшиеся с боевого задания лётчик Бабошин, воздушный стрелок Умурзаков, самолёт Ил-2 № 9752 951 шап, были подбиты огнём ЗА в районе ЧАЧАК. Самолёт упал на территории противника. Лётчик получил ушибы, воздушный стрелок убит, самолёт разбит. Лётчик был взят в плен немцами. При помощи югославских партизан бежал из плена, перешёл линию фронта и прибыл на аэродром…»

Ценнейшей моей находкой в ЦАМО оказались показания лётчика Алексея Ивановича Бабошина. Из рапорта: «…Я был в группе восьмёрки вторым ведомым группы зам. командира 951 шап майора Заболотнова. После бомбёжки и штурмовки… наша группа пошла по направлению на свою территорию. …У меня был подбит мотор и полностью отказал в работе. Я решил перетянуть на свою территорию, но в результате недостаточной высоты произвёл посадку на территории, занятой противником, в 5–7 км юго-восточнее города Чачак, на правом берегу Западной Моравы, от реки 200–300 м…» Из записи беседы: «С высоты 1000 м по прибору отбомбили северо-западную окраину Чачак и ж.-д. станцию с двух заходов. Третий заход сделали по жел.-дор. эшелону, с высоты 800–400 м обстреляли его пулемётно-пушечным огнём. После этого зашли за облачность на высоте 600 м. Я стал пристраиваться к майору Заболотнову, дистанция у меня была 150–200 м. Во время пристраивания ударила ЗА и осколок попал в мотор. На моём самолёте стала падать скорость, и я начал от группы отставать. Начал планировать с курсом 360° и произвёл посадку часов в 11–12.00 на кукурузное поле в 4 км юго-восточнее Чачак, южнее реки Западная Морава». Из личного объяснения: «…Ввиду малой высоты и большого расстояния до ЛБС [линии боевого соприкосновения] приземление произвёл на территории, занятой противником, – на южном берегу Западной Моравы, южнее 3–5 км от населённого пункта, находящегося севернее Западной Моравы от Чачак на северо-восток 5–7 км…» Стали известны детали последних минут жизни Жумабая Умурзакова и его гибели: «Приземление произошло нормально, и машина проползла уже 12–15 м… При попадании машины в ров произошёл полный капот. Я из машины вылез через форточку и быстро подбежал к кабине стрелка. Стрелок старший сержант Умурзаков был тяжело ранен в голову и лицевую часть и находился в бессознательном состоянии, придавленный фюзеляжем. Я лично помочь был не в состоянии, поэтому от машины побежал один. …В направлении от моей машины на расстоянии 80–100 м выбежали с винтовками два человека… Оказалось, что это были немецкие солдаты… Когда [меня] привели к машине, около неё был один немецкий генерал, офицеры и солдаты. Кабина стрелка была уже разрублена и стрелок вынут, а немцы мне говорят, что "твоему камраду капут"».

В ЦАМО я выявила «Именной список безвозвратных потерь частей 10-го штурмового авиационного Одесского корпуса на 17 ноября 1944 года». В нём сообщается, что, по сведениям от наземных войск, воздушный стрелок Жумабай Умурзаков похоронен в Югославии у церкви села Заблаче. И ещё один документ, обнаруженный в архиве, – это «Схема места погребения сержантского состава 306-й штурмовой авиационной Нижнеднепровской Краснознамённой дивизии по состоянию на 15 ноября 1944 года». Представлена схема места погребения старшего сержанта 951-го штурмового авиаполка Жумабая Умурзакова. Значок в виде крестика (место расположения могилы) соответствует координатам заблачской церкви. Село Заблаче входит в городской округ город Чачак Моравичского округа Республики Сербия.

Указанных документов на сайтах Минобороны нет. Из источников военного периода размещено лишь донесение, в котором Умурзаков учтён как не вернувшийся с боевого задания 29 октября 1944 года. При этом информация ЦАМО из картотеки учёта потерь рядового и сержантского состава также свидетельствует о гибели Умурзакова 29 октября 1944 года и его захоронении в населённом пункте Заблаче (Югославия). В связи с вышесказанным хочу подчеркнуть: для установления боевого пути воина необходима исследовательская работа не за домашним компьютером, а непосредственно в читальном зале архива. Это критически важно для достоверности и полноты сведений!

Осенью 1944 года жители села Заблаче похоронили советского авиатора в десяти метрах южнее входа в храм Святого Архангела Гавриила, среди группы старых памятников и надгробий. На могиле установили памятник, который позднее был заменён на новый. На сером камне золотыми буквами вырезан текст по-сербски: «НЕИЗВЕСТНОМУ ЛЁТЧИКУ-КРАСНОАРМЕЙЦУ, ПАВШЕМУ ЗА НАШУ СВОБОДУ В БОРЬБЕ ПРОТИВ КРОВАВОГО ФАШИЗМА. 1944 ГОД. ПАМЯТНИК ВОЗДВИГ НАРОД МЕСТНОЙ ОБЩИНЫ ЗАБЛАЧЕ». У основания надгробия – табличка: «Памятник отремонтирован Обществом сербско-русско-белорусской дружбы Сербии в 2019 г.». В памятные даты возлагаются венки на могилу известного теперь красноармейца – Жумабая Умурзакова. Имя героического воина вырвано из забвения.

У Жумабая осталась сестра, проживавшая по адресу: г. Караганда, шахта «Кировская», ул. Октябрьская, д. 21. Из послевоенного донесения Кировского горвоенкомата Караганды следует, что последнее письмо, полученное Кульжан Умурзаковой от брата, было датировано 3 октября 1944 года. Потомков сестры разыскать не удалось. Но поиски родственников Жумабая увенчались успехом. Благодаря деятельности Общественного объединения «Atamnyn Amanaty», занимающегося установлением судеб солдат-казахстанцев, пропавших без вести в годы Второй мировой войны, а также при огромной помощи волонтёров, блогеров и журналистов весной 2025 года в Казахстане был найден Абай Тагылбек – внук родного брата отца Жумабая, Турсынбека Болсымбекова. Мужчина надеется посетить Сербию и привезти на могилу горсть родной земли. Рассказывает заместитель председателя «Atamnyn Amanaty», ветеран Вооружённых сил Республики Казахстан Абубакир Смайылов: «Прямых потомков у фронтовика не осталось. Но для его родных это не имеет значения. Ведь память о предках не определяется только степенью родства. Разве не в этом заключается наша традиция – знать своих предков до седьмого колена и чтить память ушедших? Пока живёт память – человек не исчезает бесследно».

____ Материал подготовила военный генеалог Дарья Алексеевна Виноградова.